Главная -- > Статьи -- > Продюсер украинского мультфильма Никита Кожемяка, о создании мультфильма

				
				
25.12.2016
Автор:

Продюсер украинского мультфильма Никита Кожемяка, о создании мультфильма

 

 
   13 октября в широкий кинопрокат в Украине выходит полнометражный анимационный фильм «Никита Кожемяка», созданный с помощью компьютерной графики украинской продакшн-студией Panama Grand Prix. Фильм имеет не простую судьбу: работа над ним длилась долгие десять лет. За это время было с нуля построено анимационную студию, проект сменил несколько инвесторов, разгорелся и погас конфликт между продюсерами.
 
 
   «Детектор медиа» встретился с главным продюсером «Никиты Кожемяки», руководителем студии Panama Grand Prix Дмитрием Белинским, поздравил его с долгожданной премьерой и расспросил о работе над мультфильмом та о надеждах на его прокат, запланированный не только в Украине, а и во всем мире. 
 
- Дмитрий, 10 октября вы презентовали фильм в Харькове, 11 – в Днепропетровске и Одессе, а 12-го в Киеве, 13 в Львове, а потом еще в разных кинотеатрах Киев 14, 15 и 16 октября запланированы большие мероприятия и премьерные показы. Это не страшно, что презентации в разных городах проходят не в один день? Нет такого маркетингового требования?
 
- Нет, требований нет. Такой план мероприятий связан с тем, что актеры, которые озвучивали мультфильм не могут быть одновременно в одном и том же месте, поэтому, это такие дорожные приключения наших актеров с презентацией фильма в разных городах Украины. Финишировать все будем в Киеве, тут произойдет большой праздник, восемь залов «Синема Сити» одновременно будут показывать фильм. На до премьерный показ придут 1,5 тысяч гостей – интерес к фильму достаточно высокий.
 
 
До премьерный показ мультфильма в Днепропетровске
 
– Когда я начала писать про «Никиту Кожемяку» я познакомилась с Сергеем Гавриловым, вместе с которым вы когда-то начинали работать над фильмом. Он рассказал мне, что у вас с ним был конфликт, но сейчас он решен. Расскажите об этом детальнее.
 
– Конфликта на самом деле нет. Он был в одностороннем порядке. Дело в том, что проект имел три этапа производства. Первый был в 2007 году – именно тогда у Сергея Гаврилова как у продюсера был шанс сделать кино. Были инвесторы, которые финансировали это дело. Я просто находился рядом, видел, что проект развивается, но тогда активного участия в нем не принимал. Но уже тогда я подумал, что это, наверное, один из лучших объектов для инвестирования, хорошая работа, начал внимательнее присматриваться к анимации в один из моментов полюбил ее. Так случилось, что в 2008 году я вместе с Гавриловым и фильмом поехал на анимационный фестиваль в Францию, в Анси. Там я увидел индустрию, людей, как это работает и действительно, тогда «пришла любовь».
В 2011 году мы дооформили все документы по фильму, в том числе оформили с Сергеем договор авторского права, и начали двигаться вместе как два партнера с попыткой сделать фильм, обратившись за дополнительным финансированием к Госкино, которое и получили.
Государство четко выполнило все обязательства, но подвел частный инвестор, и в 2012 году проект остановился. Это и начало конфликта: фильм не был закончен из-за частного инвестора. Понятно, что у многих остался осадок, потому что студия частично имела долги перед своими сотрудниками. Это печальная история.
 
   С конца 2012 года первую половину 2014-го я искал инвесторов. Много путешествовал, разговаривал с иностранцами. И тогда один представитель американского фонда сказал сакраментальную фразу: «Объем финансирования, который вы ищете для вашего фильма, не связан с большими портфельными инвестициями. Это связано с так называемыми «соглашениями по любви», когда один инвестор полюбит то, что увидит, и захочет для себя лично сделать какую-то инвестицию в кино». И такой человек нашелся.
 
 – В Украине?
 
– В Украине. Это бизнесмен из Чернигова. Он как раз хотел вложить деньги в кино. Сначала присматривался к социальным продакшнам, но там не получилось договориться, и тут на горизонте появились мы. Он начал нас финансировать, мы – организовали студию. Наша новая команда раньше работала в банковской системе, и мы сразу начали строить процессы производства. Одним из первых к нам присоединился Александр Полищук (руководитель отдела производства Panama Grand Prix. – ДМ). Параллельно искали режиссера, художников, встретили Манука Депояна (режиссера «Никиты Кожемяка». – ДМ). Сначала посмотрели короткометражный фильм «Халабудка», который он как раз сделал. Он нам очень понравился своей душевностью, мягкостью – это был очень приятный, добрый фильм с хорошей историей. Встретились с Мануком – он оказался таким самым, как и его фильм: мягкий, добрый, внимательный. И мы начали с ним работать.
 
   Эта встреча произошла ровно два года назад, в сентябре 2014 года. Манук посмотрел старые материалы фильма и сказал, что это уже не современно, нужно менять. Пришли художники, сказали практически те же самые слова – что это не современно, выглядит не очень хорошо, и если мы действительно хотим сделать серьезный и интересный фильм, нужно пересмотреть концепцию. Прокатчики тоже говорили, что наши персонажи выглядят слишком по-детски, а это плохо для широкой семейной аудитории. Были претензии и к сценарной части – при том, что сама структура истории всем очень понравилась: слабый мальчик у сильного отца, который попадает в необычные обстоятельства и должен без применения силы и помощи взрослых, магии победить зло.
 

 

- Вы с самого начала создавали мультфильм с применением компьютерной графики?
 
- Да, компьютерная графика была с самого начала. Часто можно услышать, что это 3D-фильм. Но это не правильное определение. Стерео, которое нужно смотреть в очках, в нашем фильме нет.
У нас получилось собрать коллектив одно думцев, который смог за достаточно короткий отрезок времени создать абсолютно новый сценарий. И по нему производство пошло дальше.
Основой для всего стал принцип организации работы, фактически как в банке или на большом производстве, когда каждый человек описан, есть определенная система производственных взаимоотношений. И второе – это умение организовывать командную работу непосредственно в студии. Все решения, которые касаются нашей работы мы утверждаем совместно, командой.
 
- Насколько большая ваша команда?
 
- Нас не много. Всего над проектом работало около 200 человек, но в данный момент времени наш костяк 60 человек, в том числе пятеро пришли из банковского сектора.
Когда будете читать титры, то увидите, что много кто фигурирует как исполнитель двух-трех или даже четырех работ. 

- Как вам удалось найти в Украине столько художников, скульпторов, аниматоров?
 
- В Украине все есть. Есть студии, которые занимаются компьютерными играми. Есть команда «95 Квартал», которая выступает очень неплохой фабрикой для подготовки специалистов. Есть небольшие анимационные студии. И в принципе, наши люди сами по себе очень хотят учиться – они, как правило, все самоучки.
 
- В открытых источниках была информация о том, что бюджет вашего фильма $4 млн. Это считается, начиная с 2014 года, когда вы перерабатывали с нуля, или суммарно с 2007-го?
 
- Нет, 2007 год вообще не учитывается. Учитывается только то, что мы начали делать с 2011 года вместе с финансированием Госкино.
 
- Какую часть профинансировало Госкино?
 
- 4 млн. грн.
 
- У Госкино остаются права на фильм?
 
- Да, они делятся пропорционально финансированию фильма.
 
- И дальше оно имеет часть от проката?
 
- Да, все работает как везде в мире. Когда фильм сделан, инвесторы получают доходы соответственно части права на фильм. Но мы как продюсеры занимаемся управлением этими правами, в том числе и этой частью, которая будет перечисляться Госкино.
 
- Я несколько раз слышала от Пилипа Ильенка (главы Госкино. – ДМ), что существует проблема с тем, что Госкино остается часть прав – к примеру, из-за этого сложно делать пресейлы. Принятый недавно «Закон о государственной поддержке кинематографа» убрал эту проблему. А вам это создавало проблемы?
 
- Нет, мы спокойно решаем все вопросы напрямую с Госкино. И поскольку мы делали этот фильм не в копродукции, то нам ни с кем ничего не нужно дополнительно согласовывать.
Как на меня, ощутимая проблема существует с копродукцией, как такой: она состоит в том, что я называю несправедливым разделением прав. Стоимость одних и тех же работ в Украине и в Европе категорически разная (у нас намного ниже). И таким образом, при разделении прав компаниями 50 на 50, то последняя будет выполнять на порядок меньше работ за эту же сумму. А права будут распределены в другой пропорции. Нужно искать компромиссы, когда комфортно и украинской и европейской стороне. Это сложная задача. Мы думали иди с «Никитой Кожемякой» в европейские фонды, но это несправедливое распределение прав нас остановило, и мы не заключили этих договоров. 
 
- Ви сказали, что гордитесь построенными на студии производственными процессами. Вы умеете благодаря этому работать эффективнее, производить больше?..
 
- Благодаря этому мы можем делать все. Можем придерживаться установленным срокам. На сегодня мы уже понимаем, сколько времени занимает тот или иной процесс производства, и можем четко планировать, сколько людей необходимо, чтобы выполнить ту или другую задача, и делать все вовремя.

- Сколько времени вам нужно, чтобы сделать 80-минутный фильм?
 
- В среднем производство большого фильма требует два года – это для таких небольших студий как наша, в Украине или России. При этом большинство времени занимает подготовка к производству. На самом деле именно этого времени нам и не хватило при работе над «Никитой Кожемякой». Мы снимали фильм два года. Но из них мы девять месяцев формировали студию. Тот коллектив который сложился сегодня, может эффективно провести подготовительный период за год. Американские студии могут три, пять лет производить подготовительный период, но у них есть запас финансовой мощи. А само производство, когда фильм уже вышел из подготовительного периода, занимает 12 месяцев. Наш фильм мы сделали за девять месяцев. И я очень переживаю за нашу команду: в последние месяцы работа без выходных, ночами – все очень хотели закончить фильм.
 
– Теперь дадите им выходные?
 
– Да, у них сейчас будет полмесяца выходных в между проектный период.
 
 
Одного из главных героев озвучил Василий Вирастюк
 
– Что вы будете снимать дальше? Новый полный метр? Рекламу?
 
– В наших планах сейчас есть два фильма, которые будут идти один за другим. Сейчас мы завершаем согласование условий и где-то со второй половины ноября начнем работу над следующим большим фильмом. Параллельно с американцами мы снимем небольшой сериал: детскую историю про здоровое питание. С точки зрения техники производства — это анимационные нарисованные персонажи, которые взаимодействуют с настоящими фруктами, сфотографированными.
 
– Это у вас уже копродукция?
 
– Да, это специальный проект. Американцы пишут сценарий и музыку с озвучиванием, а мы полностью делаем все остальное, анимацию и так далее.
 
– За государственные деньги будете пробовать бороться?
 
– Мы хотим посмотреть, как пройдет опыт работы с государством на первом проекте. Частные инвесторы готовы поддержать нас и финансировать следующие фильмы. И плюс, мы сами планируем дальше продолжать вкладывать деньги в студию. Свое кино мы делаем сами. Но сейчас к нам стучат европейские анимационные студии с предложениями совместных копродукционных историй – возможно, для работы над ними обратимся за помощью к государству. Европейский международный опыт нужно перенимать. Копродукция – это партнёрства, как мини-свадьба: стороны должны доверять друг другу, уметь строить отношения, слышать друг друга. Это очень сложно, и этому тоже нужно учиться. Поэтому в таких вопросах мы, наверное, будем приглашать в партнеры государство.
 
– За последние полтора года я была на нескольких круглых столах аниматоров. У них всегда начинается спор по поводу того, сколько стоит минута анимации. Понятно, что разный продукт стоит по-разному. А сколько стоит коммерческий продукт, который можно показать широкой аудитории?
 
– Да нет этой формулы. Все зависит от того, как и с кем договоришься. Вот как было у нас: фактически все аниматоры студии, которые работали на тот момент времени, были вынуждены доделывать, доводить до ума анимацию, которую нам делали подрядчики. Поэтому посчитать, сколько стоит минута анимации, мы сможем, но это будет не та цена, про которую говорят аниматоры на круглых столах. Да и какой смысл, обговаривать стоимость минуты, секунды? Необходимо просто качественно делать свою работу. Мы работали с подрядчиками-аниматорами с Армении, Белоруссии, Китая, Узбекистана, Украине – почти никто не сделал все вовремя и в необходимом качестве. При этом мі никого не наказали финансово – мы все равно должны были закончит фильм. И мы забирали у наших подрядчиков материал разного уровня готовности и доводили его до ума своими силами.
На круглые столы мы не ходим. Мы просто работаем. Сейчас мы вместе с академией «Шаг» готовим годичные курс с подготовки аниматоров. Мы хотим готовить специалистов для себя. Говоря «для себя», мы понимаем, что и индустрия в целом получит довольно подготовленный круг специалистов, потому что мы собираемся приглашать преподавателей из Франции, давать слушателям кейсы «Никиты Кожемяки».
 
– В работе над будущими фильмами вы будете отдавать на аутсорсинг столько же, сколько было с «Никитой Кожемякой», или больше будете делать внутри?
 
– Есть несколько зол, с которыми мы столкнулись в производстве. Одна из них – подряд. Потому что если это первые отношения с компанией-подрядчиком, то вы понимаете, сколько людей работает над вашим фильмом, насколько они квалифицированы, и не занимаются-ли одновременно еще чем-то, выполнят-ли условия. И выходит, что проект зависит от настроения или умения подрядчика выполнять свои обязанности. Для нас это превратилось в проблему: мы должны были закончить анимацию почти два месяца назад, но закончили ее совсем недавно как раз через то, что подрядчики не выполнили свои обязательства вовремя. Поэтому мы считаем, что нужно готовить своих специалистов, на которых можно положиться, которые понимают политику компании. Это одна часть проблемы. Другая часть проблемы связанна с китайским рынком. Чтобы попасть в кинотеатральный прокат на китайском рынке, на вас должна быть копродукция с китайской компанией. Если копродукции у вас не было, то на кинотеатральный рынок Китая ваш фильм попадет года через три после готовности.
 
– А насколько правда, что в таком фильме часть сюжета должна происходить в Китае, или хотя бы герои должны изучать китайский?
 
– Такого нет.
 
   Китайский рынок на сегодня один из налаженных и быстро растущих с точки зрения кинотеатрального проката. Билеты стоят до $20 за сеанс. Количество залов большое, посещаемость большая, бьется все больше рекордов по сборам. И крупные американские студии активно смотрят в сторону китайского рынка, потому что это хорошая помощь американскому рынку. И не смотря на то, что с китайскими партнерами работать сложно, я не говорю, что мы никогда не будем работать с их подрядом, потому что мы бы тоже хотели показывать свои фильмы в кинотеатрах Китая, при этом в то время, когда нам то удобно и выгодно.
 
– Я читала в релизах, что прокат «Никиты Кожемяки» запланирован в 15 странах одновременно и слышала, что в 20. Какая цифра правильная?
 
– На самом деле прокат будет во всех странах мира.
 
– Во всех 206?
 
– Да. Просто заключение договоров происходит на кинорынках. Кинорынки проходят каждый месяц: в Берлине – в феврале, в Каннах – в мае, в Торонто – в сентябре, в Лос-Анжелесе – в ноябре. Это основные четыре рынка, плюс есть еще азиатские. На них работают торговые агенты, которые продают фильмы, или студии которые делают это самостоятельно. Интерес к нашему фильму показали все страны. Шесть компаний только с США готовы купить права на наш фильм. Вопрос в том, кого мы выберем, на какие условия согласимся. Но большие страны, такие как США, желают получить готовый фильм. Они хотят посмотреть на него и понять, что они могут с ним сделать: устроить кинотеатральный прокат в своей стране или только телевизионный показ. И от этого будет зависеть стоимость наших с ними контрактов.
 
   В начале ноября состоится American Film Market, где мы покажем наш фильм, и там мы финализируем наши договоры. То есть уже в Каннах мы могли бы подписать договора на всю Латинскую Америку. Мы отменили договора с Францией, Германией, Латинской Америкой – нам не понравились условия, которые они нам предлагали, и мы решили перенести все на ноябрь, чтобы получить более интересные условия, когда фильм будет готов. Мы уверены в своем продукте, в том, что он выглядит по-европейски, история понятна всем зрителям в мире и можно получить не плохие условия по контрактам.
 
– То есть сейчас вы показываете его только в Украине, потом едете на American Film Market, и только после этого – все остальные?
 
– Да.
 
   Пока мы точно знаем, что в январе кинотеатральный прокат нашего фильма состоится в Японии. Японцы уже взяли диалоговые листы и занимаются адаптацией сценария к японскому языку.
 
– Ваш дистрибьютор в Украине – Ukrainian Film Distribution. Как вы попали к нему в портфель? Он прокатчик многих мейджоров. Это хороший партнер?
 
– Очень хороший партнер.
 
   Работая с разными людьми киноиндустрии и сталкиваясь с ними на кинорынках, обращаешь внимание, что как правило, это очень циничные люди. В мире производится большое количество кинофильмов, и они быстро отсекают: нравится – не нравится, берем – не берем – и бегут дальше.
Нам повезло, потому что на нашем пути встречаются не безразличные люди, которые проникают в историю и начинают любить то, что мы делаем. Одним из таких людей является Андрей Дяченко (генеральный директор и основатель Ukrainian Film Distribution – ДМ): Ukrainian Film Distribution понравились материалы, которые они увидели. При том, что увидели они их не у нас, а в Берлине, у нашего торгового агента. Когда они узнали, что это делает украинская компания они решили с нами встретится. То есть не смотря на то, что мы находимся в одном городе, нас увидели в Германии. Мы уже год работаем вместе с ними над продвижением фильма, маркетингом – они категорично не безразличны, совсем не циничные и очень много вещей помогают нам делать правильно.
 
– Я слышала от украинских производителей кино жалобы на дистрибьюторов, которые по их словам, талантливых украинских продюсеров, несправедливо засовывают подальше в своих портфелях украинское кино, даже когда берут его. Дистрибьюторы кивают на кинотеатры – что те не хотят брать украинские фильмы, потому что зарабатывают преимущественно на западных блокбастерах. Кинотеатры говорят, что украинские фильмы часто не имеют достаточно высокого качества. Где здесь правда?
 
– Конечно, все хотят зарабатывать. Мне кажется, что задача талантливых украинских продюсеров – делать кино, которое люди захотят прийти и посмотреть. Мы также сталкиваемся с сомнениями в том, сможет-ли украинский анимационный фильм достаточно заинтересовать зрителей. Никто же не знает, что будет впереди и не ошибемся-ли мы со своей работой. Мы сделали хорошую историю, но последнее слово за зрителями. Если зрители будут ходить на украинское кино, то и кинотеатры будут давать ему сеансы. А жаловаться не нужно. Зеленский же со своими комедиями, думаю не жалуется. На его фильмы в кинотеатры стабильно приходит 500 тысяч зрителей, независимо от ситуации. У него есть своя зрительская аудитория. И поверьте, у него нет проблем с кинотеатрами, и с распределением его фильмов.
 
   Или вспомните «Битву за Севастополь» - тоже все прошло прекрасно. При этом он сравнительно успешно посоревновался в показах с «Форсажем-6». То есть зритель ходит и на наше кино, только оно должно быть хорошо сделанным. 
 
– А ваш фильм на скольких экранах будет?
 
– Пока что на 130 экранах. Это хороший показатель.
 
 
Промо в кинотеатрах
 
– Если все получится, и вы продадитесь по всему мир, есть-ли шанс окупить инвестиции в «Никиту Кожемяку»?
 
– Конечно. При этом мы же даже не знаем, что у нас будет в России. На сегодня еще ничего не известно. Мы ведем переговоры с одной американской крупной компанией, которая может быть, возьмет фильм в прокат по России.
 
– На сколько серьезные у вас планы на лицензирование, на мерчендайзинг? 
 
– Чтобы с лицензированием и мерчендайзингом все было хорошо, нужно начинать заниматься ими за 16-18 месяцев до премьеры фильма, заключать договора. Мы же погрязли в производстве и задумались над необходимостью заняться лицензированием только летом этого года. То есть времени для того, чтобы успеть подписать какие-то серьезные контракты, было категорически мало. Все что мы успели сделать – мы успели сделать в последний момент. Что-то мы просто даем бесплатно, потому что это плюс с точки зрения продвижения фильма. Например, позволили Антону Смянце (автору книги, которая легла в основу мультфильма «Никита Кожемяка». – ДМ) бесплатно использовать героев и обложку для переиздания его книги. Это поможет и фильму, и книге на волне интереса к фильму продать дополнительное количество экземпляров. 
 
   Сосиски – это необычное совпадение (недавно их начала выпускать под брендом «Никита Кожемяка» группа компаний «Глобино». – ДМ). Мы очень благодарны «Глобино». Они очень быстро приняли решение и являются хорошим, надежным партнером.
 
– Мне почему-то кажется, что вы им недорого продали права на бренд – как на «пробный шар»…
 
– Нет, вы знаете, получился очень даже не плохой контракт. Мы, во всяком случае, довольны его условиями.
 
– Это очень круто, потому что вы развиваете рынок, показываете рекламодателям, как еще можно работать. Потому что я общалась с брендом одной из категорий, которую Film.ua хотела бы привлечь к продукт плейсменту в «Сторожевой заставе», и услышала, что они пока сомневаются в качестве украинского кинопродукта – не какого-то конкретно фильма, а категории как таковой.
 
– Да у рекламодателей действительно существует неуверенность и неверие в то, что мы можем делать качественные фильмы. Хотя у Film.ua есть «Битва за Севастополь». Но под подозрением что они так же, как и мы, подняли голову в сторону мерчендайзинга совсем недавно. 
Повторяюсь: этими вопросами нужно начинать заниматься за 16 месяцев до выхода фильма, потому что производители много чего планируют заранее до того, как это попадает на прилавки. И здесь необходим опыт. Мы с Film.ua сейчас приобретаем новый опыт в разных сферах. И со временем мы лучше будем понимать, как все это работает. Film.ua, например, набивает собственные шишки, самостоятельно продавая свои фильмы заграницу.
 
– У них нет агента?
 
– Да, они сами являются своими торговыми агентами, сами работают с территориями. Это тоже интересная часть. Мы пошли более простым путем: взяли партнёров, у которых уже есть опыт и по крайней мере это сняло с нас большую проблему организации продажи, участии на кинорынках. Нужно знать, что любит международная публика, публика азиатская, американская, европейская. У них разные вкусы, и тут нужен опыт партнеров.
 
– Когда все наладится, какой процент можно будет зарабатывать на мерчендайзинге?
 
– Я не знаю этой цифры. Но я знаю, что производственный бюджет «Маши и Медведя» составляет только 20% от расходов студии. Остальные 80% группа компаний «Маша и Медведь» тратит на маркетинг. Поэтому они могут позволить себе привлекать к производству специалиста любой квалификации: производственный бюджет это легко выдерживает. А исходя из того, что 80% их бюджета – это только маркетинг, понятно, что прибыль, которую они получают от лицензирования и мерчиндайзинга, категорично отличаются от того, что удается на этом зарабатывать многим другим компаниям.
 
   Но сравнивать сериальную продукцию и полный метр несколько не корректно, потому, что сериал идет регулярно, его постоянно смотрят и вместе с сериалом растет и обновляется аудитория. А жизнь полнометражного фильма – максимум год после выхода. То есть нужно его поддерживать сериалами, еще какой-то историей. Или снимать продолжение.
 
– «Маша и Медведь» действительно показывает интересный пример: едешь в Италию, и тут тебе брендированные шарики, там – футболки, чипсы. А планируете снимать продолжение, сериал?
 
– Честно, не знаю. В ближайших планах не стоит ни съемка второй части, ни производство сериала. Но все может измениться, если у фильма будет огромный успех и партнеры будут просить продолжение. Пока что наши следующие два фильма категорично отличаются один от другого.
Наша задача – найти свой стиль в анимации. То, каким был подчерк в анимации у Черкасского: она была особенной, и кто бы в мире ее на смотрел, все могли сказать, что это фильмы Черкасского. Вот и мы хотели бы найти, что-то свое. Это, опять, опыт.  Сейчас нас сравнивают с американскими фильмами: то похоже на то, это на это. Да, мы похожи. Но мы не копировали. Мы просто идем, как чувствуем. Найти свой неповторимый стиль, я не имею ввиду, что нас должны отожествлять с казаками или героями, которые выглядят как украинцы. Нет, мы хотим делать современную анимацию, использовать современный язык рассказывания истории, которая понятна зрителям во всем мире.
 
– Если уже заговорили про то, какой процент бюджета на маркетинг у «Маши и Медведя», то расскажите и про себя: какой процент вашего бюджета идет на маркетинг?
 
– У нас нет бюджета на маркетинг. Мы вгрызлись зубами в производственный бюджет, просто чтобы закончить наш фильм. Бюджет на маркетинг для поддержки украинского проката несет на себе наш партнер Ukrainian Film Distribution.
 
– У вас сейчас проходит акция «Подари мультфильм ребенку», в рамках которой все желающие могут приобрести билеты на «Никиту Кожемяку», которые кинотеатры передадут детским домам. Я обратила внимание, что эту акцию поддерживают многие медийники – в частности ведущая СТБ Надежда Матвеева. Этой частью маркетинга занимаетесь тоже не вы, а Ukrainian Film Distribution?
 
– Участие многих известных людей в этой акции не является запланированной. И для меня участие в ней, в частности, Надежды Матвеевой была приятной неожиданностью. Такие проявления, когда люди что-то делают, потому что им этого захотелось, как раз и нужны фильму в первую очередь.
Основную часть промо, организовывает не только Ukrainian Film Distribution. Есть еще одни наши партнеры – я их называю промопродюсерами – компания С4. Они занимались промокомпанией «Битвы за Севастополь», «Селфипати». Очень энергичные, активные ребята. И когда я говорю про отсутствие безразличия, цинизма и привлечение в проект – это я говорю в том числе и о них.
 
 
Ведущая СТБ Надежда Матвеева берет участие в промоакции к фильму.
 
– Уже назначена дата телевизионного показа «Никиты Кожемяки» на Новом канале?
 
– 1 марта.
 
– Я слышала, как Владимир Бородянский (глава StarLightMedia. – ДМ) говорил про то, что брендинговый мир «Никиты Кожемяки» может быть интересным только для «Зимней страны» на ВДНХ. Вы не пробовали это обговорить?
 
– Да, были у него с этим предложением. Но не договорились. Дело в том, что вначале выход фильма планировался в декабре 2016 года, и мы действительно думали сделать парк «Зимняя страна Никиты Кожемяки». Но потом так получилось, что прокатчики поставили нас и «Заставу стражей» на одну дату, плюс тогда же выйдут «Звездные войны». Мы решили сменить дату премьеры на октябрь и просто физически не успели организовать парк имени Никиты Кожемяки. Но, возможно, это и случится. Мы сейчас ведем с их группой компаний некоторые переговоры. Я надеюсь, что у него еще все получится.
 
– Сергей Гаврилов говорил, что в его видении на парках развлечений, мерчендайзингу, лицензировании можно заработать больше, чем на самом прокате. Насколько это реально?
 
– Это вопрос опыта и доверия к продукции студии.
Но посмотрите на работы студии Dream Works и Disney. У Dream Works не так много лицензирования, несмотря на то, что на сегодня это компания номер два или три в мире по узнаваемости. А вот у Disney с Pixar – огромный опыт лицензирования.
 
   Наш фильм – это эксперимент для инвесторов: сможет-ли в Украине украинский фильм заработать какую-то сумму денег? Или может этот фильм будет экспортирован и там заработает какие-то деньги? Мы сейчас на эти вопросы отвечаем. Анимацию легче экспортировать за границу, чем игровое кино. В анимации мы сразу можем научить героев говорить по-английски. Заграничный зритель не любит смотреть дублированные фильмы. У нас первая версия – английская. 
 
– То же самое сейчас будет делать Animagrad с «Похищенной принцессой» и «Мавкой»: они с самого начала пишут сценарий на английском, и базовая версия будет английской. 
 
– Это правильный путь.

– Все-таки это невероятно, что после стольких лет вы построили студию и наконец-то закончили свой фильм. Ведь речь не только про вложенные в этот проект деньги, но и про годы вашей жизни…
 
– Пока мы не показали фильм в Украине, не получили отзывов, у меня иногда возникают сомнения, все ли мы сделали правильно, не даром прошла какая-то часть жизни. Я очень надеюсь, что наш фильм еще будет идти в украинских кинотеатрах в ноябре – для меня это будет показателем того, что фильм зрителям понравился, они хотят его смотреть. Ведь, когда зрители будут хотеть смотреть, кинотеатры и дальше будут показывать кино, чтобы люди шли на него.
 
Фото – с Фейсбук-аккаунта Дмитрия Белинского
 
 
Кол. просмотров: (1526)                            Кол. комментариев: (0)

Комментариев (0) К статье Продюсер украинского мультфильма Никита Кожемяка, о создании мультфильма